Перейти на личности

Ярослав Романчук и Евгений Петренко уверены в том, что пока в законодательство не введут персональную ответственность должностных лиц государственных органов, все чиновники будут чувствовать себя безнаказанными.

По мнению Ярослава Романчука (слева) и Евгения Петренко, действия некоторых представителей государственных органов не способствуют повышению имиджа Украины и инвестиционной привлекательности нашего государства

На протяжении всего года общественность наблюдала за судебными процессами с участием ООО «Савик Шустер Студия», налоговых и других органов, связанными с хозяйственной деятельностью компании.

Напомним, что в ноябре 2015 года в СМИ появилась информация об открытии уголовного производства в отношении журналиста и телеведущего Савика Шустера, а также должностных лиц ООО «Савик Шустер Студия» по факту умышленного уклонения от уплаты налогов.

О деталях данного дела и различных аспектах, касающихся представительства интересов компании в судах и органах государственной власти, рассказали адвокаты Ярослав Романчук (Я.Р.), управляющий партнер Международного правового центра EUCON, и Евгений Петренко (Е.П.), партнер Международного правового центра EUCON.

— Вы первые представители интересов клиента, кому удалось инициировать публичное рассмотрение административной жалобы в налоговых органах. Расскажите, с чем пришлось столкнуться в ходе процесса?

Я.Р.: По результатам проведения налоговой проверки компании «Савик Шустер Студия» был составлен акт и определены денежные обязательства по четырем видам налогов в размере более 13 миллионов гривен. Конечно, учитывая необоснованность и надуманность нарушений законодательства, компания приняла решение обжаловать результаты проверки в административном, а впоследствии и в судебном порядке.

Во время административного рассмотрения жалобы на уровне города мы настаивали на том, чтобы заседание состоялось публично, с участием прессы и всех желающих. Это было непросто, но мы все же добились открытого рассмотрения. Ходатайствовали и о присутствии инспекторов, проводивших проверку. Каждый из инспекторов рассказывал, какие именно нарушения установили и чем это подтверждается.

— Какие нарушения инкриминируются каналу «Савик Шустер Студия» и за что начислены налоговые обязательства?

Е.П.: Обсуждение проводилось по каждому нарушению/эпизоду (их четыре), отображенному в акте проверки. Первое и наиболее значимое нарушение заключается в том, что компания «Савик Шустер Студия» продавала свою передачу Первому национальному каналу за 12 гривен. Так происходило потому, что НТКУ — бюджетная организация, которая при отсутствии финансирования у производителей/студий покупает передачи именно за такую сумму. Они это подтверждают.  Спустя какое-то время студия создала такую же программу для коммерческого телеканала «Интер», продав ее уже за 400 000 грн. Налоговый орган посчитал, что облагаемый доход по операциям с НТКУ должен определяться по такой же цене, и доначислил более 10 млн грн обязательств, ссылаясь на рыночные обычные цены.

Второе якобы нарушение: налоговый орган считает, что в студии не присутствуют лица, участвующие в голосованиях, поэтому не признает расходы на обеспечение присутствия аудитории.

Третье якобы нарушение касается экологического налога.

Четвертое — это использование г-ном Шустером услуг роуминга. Профессия журналиста и должность руководителя телестудии обязывают быть всегда на связи, но контролеры считают, что поскольку г-н Шустер пользуется мобильным телефоном за границей, это личный доход, который необходимо облагать налогом на доходы физических лиц.

Я.Р.: Конечно, на заседании комиссии мы высказали аргументированную позицию относительно всех этих нарушений, но в удовлетворении жалобы, как и ожидалось, было отказано.

— Параллельно с административным обжалованием вы также инициировали уголовные производства в отношении должностных лиц налоговой инспекции Печерского района. Какие шаги предприняли и какие механизмы задействовали?

Я.Р.: Действительно, параллельно с процедурой административного обжалования мы подготовили жалобы, запросы, обращения в органы государственной власти, так как видели системные нарушения налоговиков при проведении проверки. Одно из них — передача материалов проверки следственным органам до окончания административного обжалования, что впоследствии стало основанием для внесения сведений в Единый реестр досудебных расследований.

Генеральная прокуратура, а затем и прокуратура города и органы ГФС нам отказали, сославшись на отсутствие признаков состава преступления. Такое бездействие правоохранителей мы обжаловали в Печерском районном суде, который обязал ГПУ открыть уголовное производство в отношении должностных лиц. Правда, Генпрокуратуре понадобилось для этого целых два месяца. Учитывая такое количество нарушений, мы написали обращение к бизнес-омбудс­мену. Наше обращение было рассмотрено, и Совет бизнес-омбудсмена присоединился к нашему делу на этапе административного обжалования. Отмечу, что это независимый орган, который сегодня проводит полный мониторинг по данному делу.

— На какой стадии находится это уголовное производство? Привлечены ли к ответственности должностные лица?

Е.П.: К сожалению, норма Уголовного процессуального кодекса, предусматривающая внесение информации о преступлении на протяжении 24 часов в отношении представителей правоохранительных органов и в отношении представителей бизнеса, действует неодинаково. В случае получения информации от правоохранительной системы о возможном совершении преступления такая информация автоматически вносится в реестр, и начинаются следственные действия. Но если директор или бухгалтер сообщит о том, что в действиях должностных лиц того или иного государственного органа усматривается тот или иной состав преступления, то данная информация подвергается детальному анализу и, как правило, не всегда вносится в реестр досудебных расследований. Мы, адвокаты, сталкиваемся с подобными ситуациями каждый день. Для того чтобы открыть уголовное производство против чиновников, необходимо пройти все инстанции по цепочке и только через суд можно обязать это сделать. Я считаю недопустимым применение двойных стандартов. Плюс ко всему не нужно забывать, что сегодня на Украине действует принцип «коллективной безответственности». До тех пор, пока в законодательство не введут персональную ответственность должностных лиц государственных органов, все чиновники будут чувствовать себя безнаказанно.

В настоящее время по нашим заявлениям о преступлении Генеральной прокуратурой и прокуратурой г. Киева открыты три уголовных производства в отношении должностных лиц ГНИ в Печерском районе и ГУ ГФС в г. Киеве.

— Открыть уголовное производство в отношении бизнесмена налоговому органу сейчас достаточно просто. Какие механизмы защиты вы можете порекомендовать в таких случаях?

Е.П.: Действительно, так и есть. И так было всегда.

Результатом практически любой налоговой проверки становится уголовное производство, в связи с чем осуществляется давление на должностных лиц налогоплательщиков и начинается выбивание денег в бюджет или преследуются какие-то другие цели…

В Украинской Бизнес Ассоциации я возглавляю проект «Система коллективной безопасности бизнеса на Украине». Я могу на примере кейсов наших клиентов и тех дел, которые сопровождал в этом проекте, сделать вывод, что открытие уголовных производств в отношении должностных лиц предприятия используется как инструмент давления на бизнес, не более того. Подтверждением этого тезиса является в том числе и последующая неэффективность расследования этих уголовных производств. У нас большинство дел закрывается из-за отсутствия состава или события преступления.

— Расскажите более подробно об уголовных производствах в отношении Савика Шустера. На каких стадиях они находятся?

Я.Р.: Сегодня два уголовных производства объединены в одно. Первое касается налоговой проверки канала. Другое открыто по заявлению народного депутата по факту возможной неуплаты налогов Савиком Шустером по договору финансового кредита.

Е.П.: В обоих производствах процессуальный статус Савика Шустера — свидетель. И объединение этих двух производств произошло, по моему глубокому убеждению, в связи с тем, что следователи оценили бесперспективность уголовного производства по заявлению народного депутата. Савик Шустер был дважды допрошен. Сначала следователя интересовали вопросы, связанные с процедурой проведения проверки, взаимоотношениями с контрагентами и отображением соответствующих операций в бухгалтерском учете. Была назначена экономическая экспертиза. Во время второго допроса следователь задал вопросы о получении кредитных средств на приобретение недвижимости. Здесь я хочу обратить внимание на то, что договор финансового кредита был заключен в 2008 году между резидентом Кипра и Савиком Шустером, гражданином Канады. Данный кредитный договор не регистрировался в Национальном банке Украины. Он сегодня действительно не прекращен, и срок исковой давности применяться не может, прощения долга кредитором также не было. Налоговые обязательства по налогу на доходы физических лиц не начислялись, так как и объект налогообложения не возникал.

Я.Р.: По сути это правоотношения между резидентом Кипра и Савиком Шустером, гражданином Канады, которые никак не связаны с государством Украина.

Следует отметить, что в этих уголовных производствах уведомление о подозрении Савику Шустеру никто не предъявлял.

— Еще одним витком в этом деле стало аннулирование Савику Шустеру Киевским городским центром занятости разрешения на трудоустройство. Как развивалась ситуация дальше?

Я.Р.: Суды первой и апелляционной инстанций приняли наши доводы/доказательства и подтвердили незаконность вынесенного решения. Основанием для аннулирования разрешения на работу стало обычное письмо ГФС Украины с информацией об открытии уголовного производства и о том, что в будущем (когда-то) следствие планирует уведомить о подозрении нашего подзащитного.

Киевский городской центр занятости подал кассационную жалобу. Дата рассмотрения дела пока не назначена.

— Это означает, что г-н Шустер может беспрепятственно продолжать работать на Украине?

Я.Р.: Решение суда, которым отменено решение Киевского городского центра занятости, вступило в законную силу. Суд кассационной инстанции должен подтвердить законность решений судов нижестоящих инстанций, юридических оснований для пересмотра я не вижу.

Источник: газета «Юридическая практика», №44 от 01.112016г.

Партнерство

Награды